Ар-Намыс

Феликс Кулов, экс-премьер-министр: "Теперь появится уличная оппозиция"

Феликс Кулов, экс-премьер-министр: "Теперь появится уличная оппозиция"

- Феликс Шаршенбаевич, я прочитал в интернете вашу точку зрения о внесении изменений в Конституцию. В принципе, вы не против проведения референдума...

- Когда я руководил коалицией большинства, мы предлагали свой вариант. По регламенту на его принятие требуется полгода. Ведь нужно принимать в трех чтениях, не так ли? В статье 114 Конституции говорится, что статьи 3-7 Основного закона, то есть те, что касаются президента, парламента, правительства и судей не могут быть изменены до 1 сентября 2020 года. А в 3-м пункте говорится, как нужно вносить изменения в Конституцию. Именно из-за неточностей возникли споры. На основе 3-го пункта мы пришли к выводу, что референдум можно провести, но для этого нужно пройти определенные процедуры. Но так как начались каникулы, мы не успели внести свое предложение на рассмотрение. Кроме того, президент тогда к нам обратился и сказал: "Повремените с предложением, пускай его рассмотрит новый парламент". Мы согласились. Предложили провести общественные слушания, создать Конституционный совет, самое главное - позволить общественности все обсудить. Для чего? Если пройдут общественные дискуссии, то это придаст легитимности, появится доверие. Но как я говорил выше, мы не успели внести предложение на рассмотрение.

После парламентских выборов мы вновь пересмотрели свои предложения, я предложил правительству новый вариант, подразумевающий полноценный переход к парламентской форме правления. Чем я это обосновал? Среди народа поговаривают: "Головы двух вожаков не поместятся в одном котле, должен быть один хозяин в стране". Но ведь и Акаев, и Бакиев были же единоличными хозяевами. Так почему для их власти все плохо закончилось? Потому что они никому не подчинялись, ни перед кем не отчитывались. Поэтому я выбрал немецкий вариант. Мы знаем, что канцлер Ангела Меркель отвечает за все в стране. Но она отчитывается парламенту. Я предложил, чтобы и у нас премьер-министр был главным в стране, но отчитывался перед парламентом. А президента должны избирать парламент и представители регионов. Он не будет главнокомандующим, силовые структуры ему не будут подчиняться.

У нас премьер-министра меняют каждый год. Потому что намеренно распускали коалицию. После отставки Бабанова нужно было назначить нового премьер-министра в течение двух недель. Мы спешили и перед нами внезапно появилась кандидатура Жанторо Сатыбалдиева. Возможно кто-то заранее знал, но мы не знали, кто станет следующим премьером. Через некоторое время появились разговоры, вроде: "Почему Бабанова уволили, могли бы ему дать возможность поработать". Вновь звучали подобные разговоры после того, как Сатыбалдиев ушел и его место занял Оторбаев. А в Германии перед чьей-то отставкой открыто заявляют - кто займет освободившееся место. Тогда народ задумывается - нужно ли менять, будет ли это правильно, есть ли необходимость. Я предложил этот вариант.

Во-вторых, допустим, весной избрали премьер-министра, а осенью распалась коалиция. Премьер-министр должен дать отчет следующей весной. Поэтому я предложил, что в случае роспуска коалиции премьер должен доработать до следующего отчетного периода. Тогда бы коалицию не стали распускать намеренно, а позицию премьер-министра удалось бы укрепить.

Теперь появляется вариант, предложенный депутатами. Я согласен с некоторыми нормами, но там есть спорные моменты, с которыми я не согласен. Хотя постарались включить в Основной закон вопрос идеологии, я не смог найти в высших ценностях идеологию. Многие вещи трудно обосновать с юридической точки зрения. Например, возьмем вопрос любви к родине. Если вы хвалите правительство, я могу критиковать. Но это же не означает, что я не люблю родину, не так ли? Пушкин говорил: "О, глупый русский мой народ". Но это же не означает, что великий писатель не любил свой народ, не так ли? Или возьмем вопрос о сроке давности привлечения к ответственности за преступления. В соответствии с последними изменениями суд определяет срок давности. Например, человек украл телефон 20 лет назад. Если он будет задержан или явится с повинной, то будет возбуждено уголовное дело, проведено следствие и дело передадут в суд. Суд может закрыть дело. Возникает вопрос. А стоило ли так утруждать себя, тратить деньги, чтобы в итоге суд постановил, что срок давности истек? Такие вещи вообще не стоит писать в Конституции. Если хотите - впишите в уголовный кодекс. Скажу как юрист - все это лишнее.

В статье 41 Основного закона убрали слова о том, что мы будем выполнять решения международных организаций по правам человека. Разве от этого что-то изменится? Ничего. Потому что мы подписали международные пакты. Если ущемляются права человека - мы обязаны это исправить. Если не хотят этого делать - то нужно выйти из всех международных соглашений...

Уйдя с должности премьера, Бабанов оказался на улице. Его партия чуть не развалилась. Поэтому мы предложили, чтобы после отставки премьер мог продолжить депутатскую деятельность. В нынешних изменениях говорится, что и вице-премьеры сохранят мандаты. Вице-премьеры - представители других фракций. Если им сохранят депутатские мандаты, то они перестанут слушаться премьера, начнут выполнять поручения своей фракции. Тогда премьер лишится рук и ног. Однажды Алмазбек Атамбаев образно рассказал следующее: "Представьте, как должность президента и премьер-министра займут два молодых, горячих джигита, в подчинении первого будет МВД, в подчинении второго - ГКНБ, армия, прокуратура. Только подумайте, что может произойти". А что если по итогам президентских выборов придет не только молодой, горячий джигит, но и представитель другой партии? Сейчас вся власть в руках СДПК. Смирится ли с этим новый президент? Значит, обязательно будет конфликт. Поэтому президент не должен состоять в какой-либо партии. До выборов и после выборов...

Среди народа поговаривают: "Некоторые идут в депутаты, чтобы не быть судимыми". В соответствии с действующей Конституцией, если депутат совершит преступление, то генпрокурор делает предложение и парламент может дать разрешение на возбуждение уголовного дела. Мы написали, что если депутат совершил преступление до получения мандата, то никакого разрешения не требуется. Кроме того, депутат может лишиться мандата, если трижды без причины будет отсутствовать на пленарном заседании. Но почему-то во вносимые изменения не вписали ничего, что касается ответственности депутатов. Это неправильно.

- Есть такое выражение: "Котельщик волен сделать ушко котла там, где он захочет"...

- В этих изменениях я не вижу какого-либо системного подхода. Неправильно изменять Конституцию ради статьи 41, ради Азимжана Аскарова. Комитет по правам человека выносил решение и по моему делу. Меня оправдал не только Верховный суд, но и Комитет по правам человека. Но решение носило рекомендательный характер. Когда я работал на должности премьер-министра, мой адвокат Иванова принесла решение комитета, сказав: "Вас пять лет необоснованно держали за решеткой, можете отсудить у правительства крупную сумму денег". Тогда я рассмеялся и сказал: "Любовь Александровна, в бюджете дефицит, и как я, будучи премьер-министром, осмелюсь отсудить у своего правительства несколько миллионов долларов? Пускай эта бумага останется в истории". Что касается Азимжана Аскарова, то его требуют поскорее освободить, заявив, что в ходе следствия были правонарушения. Я не спорю, в ходе следствия могли быть нарушения. Но каков характер этих правонарушений? Речь идет о фальсификациях или нехватке улик? Нужно расследовать и выяснить. Нельзя из-за этого изменять Конституцию.

- Как вы думаете, эти изменения - жизненная необходимость или кто-то заботится о завтрашнем дне?

- Вот что я думаю. Алмаз Атамбаев не хочет оставаться на должности президента и не собирается быть премьер-министром. Я точно это знаю. Когда я предлагал свой вариант, я в шутку сказал: "Алмазбек Шаршенович, по нашему варианту премьер-министр будет очень могущественным. Вы еще молоды, партия у вас сильная, если хотите остаться в политике - побеждайте на выборах и становитесь премьер-министром". Он ответил: "Байке, я не хочу быть ни президентом, ни премьером. Будет лучше, если вместо этого мы отдохнем с вами в горах". Я ему верю. Возникает вопрос: "Для чего вносятся эти изменения?" По-моему, отдельные люди хотят подставить президента...

- Однажды вы говорили: "Нужно распустить парламент". Почему вы пришли к такому выводу?

- В ходе круглого стола об изменении Конституции от имени парламента пришел Исхак Масалиев, было по одному представителю из аппарата президента и Конституционной палаты. Два представителя полностью поддержали проект, а представитель парламента Масалиев сказал: "С некоторыми вещами не согласен, но референдум нужно провести". Какой вывод можно сделать? Значит, проект готовили не депутаты. Нарушили регламент, во время каникул внесли предложение о референдуме. Такого не было в истории. Поэтому я сказал: "Так как парламент не писал Конституцию, но с нарушением регламента указывают, что он написал Конституцию, то в законе о вступлении в силу Конституцию нужно отметить, что президент и правительство сохранят свои места, а судьба парламента будет под вопросом - согласны ли его оставить или нет? Пускай народ решает - нужен ему такой парламент или нет?"

- Если вот так будет поставлен вопрос, то парламент вряд ли одобрит эту Конституцию.

- Конечно. Пускай и они подумают. После публикации проекта Конституции я прочитал обоснование Фарида Ниязова. А из депутатов никто не подал голос. Единственный Марат Аманкулов сказал: "Изменения нужны". Другими словам и он выступил в поддержку.

- Может теперь выступят? Ведь в сентябре начинается сессия...

- А что они могли сказать, если давно подписались? Точнее говорят, что подписались, но список подписавшихся еще не оглашен. Очевидно же, что вопрос согласовали по телефону. Это никуда не годится... Это неуважительное отношение к депутатам, народу, Конституции. Я тоже сторонник внесения изменений, но нужно провести все процедуры для легитимности, доверия.

- А не обострится ли осенью политическая ситуация из-за вносимых изменений в Конституцию?

- По-моему, ситуация обострится. С кем бы я ни беседовал, все говорят: "Правильно, в Конституции есть недостатки, их нужно устранить. Но нужно соблюсти все процедуры". Я не слышал, чтобы кто-то поддерживал проведение референдума осенью. Сейчас у нас почти нет оппозиции. Оппозиция в числе первых подписалась, поддержав изменение Конституции. Сейчас народ, политические движения настроены против парламента. Парламент сам подорвал свой авторитет. Поэтому теперь у нас появится уличная оппозиция. Это хуже всего. Было бы лучше, если бы мы дрались в парламенте, а не на улице.

Автор: Керим Мурас
25 августа 2016
Источник: газета "Азия news" №34 от 25.08.2016 / стр. 4 и 5

Комментарии

Добавить комментарий

  • Allowed HTML tags: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd><object><param> <h1> <h2> <h3> <h4> <h5>
  • Переносы строк и параграфов формируются автоматически.
  • Web page addresses and e-mail addresses turn into links automatically.